Приближаясь к дате важной дате 30-летию со дня становления Казахстана, как независимого государства важно отметить, что жизнь в республике за три десятилетия существенно изменилась во всех сферах. Не исключением являются преобразования в религиозной среде. Изменилась роль и значение этого социально-культурного явления в нашем обществе, по-другому стало звучать для людей само понятие. О новых возможностях в сфере развития межконфессиональных отношений и противостоянии духовного сообщества Казахстана различным угрозам мы побеседовали с гостем нашей области Максатбеком Кайргалиевым.
Устаз мечети «Хазрет Султан» в городе Нур-Султан, известный теолог-исламовед провел двухдневный семинар для сотрудников ДУИС по Карагандинской области по обучению новым навыкам с верующим контингентом. Он уделил особое внимание работе с представителями деструктивных течений, находящихся в местах лишения свободы. Лектор дал подробные пояснения по методам построения диалога с осужденными, грамотному построению информационной базы, формированию фондов тюремных библиотек, проведению семинаров, а также демонстрации фото и видеоматериалов в стенах исправительных учреждений.
– Этот год знаменательный для всех казахстанцев. Наша старана празднует 30-летний юбилей. По Вашему мнению изменилось ли отношение казахстанцев к религии за эти годы? Ваше видение дальнейшего развития межконфессионального диалога в светском Казахстане?
– 30 лет независимости для Казахстана — это, в первую очередь, закрепление права на свободу вероисповедания, это право человека строить мечети, церкви, не стесняться своих убеждений. За годы существования Казахстана, как суверенного государства, мы смогли доказать своего рода уникальность нашего общества. Ведь в стране была создана атмосфера, где представители многих вероучений могут чувствовать себя комфортно.
У нас создана проверенная временем модель — построения межконфессиональных отношений, которую нужно развивать дальше. И наш Елбасы как главный омбудсмен этого процесса, должен продолжать инициативу, но и общества ее всячески поддерживать.
Когда я езжу по стране и бываю за границей, всегда заявляю, что одним из самых больших достижений Казахстана является проведение съезда представителей мировых религий. Это колоссальная работа — собрать делегатов более 70 стран в одном месте в одно время. И особо стоит подчеркнуть, то что наша независимость прошла свое становление без единого выстрела, без конфликтов на национальной и религиозной почве. Благодаря слаженной работе нам удавалось много лет пресекать попытки дестабилизации обстановки из вне.
– Карагандинская область является достаточно проблемным регионом в плане распространения деструктивной идеологии. Статистика показывает, что наибольшее число выехавших в горячие точки из Казахстана – наши земляки. Львиная доля – молодежь. Как уберечь молодое поколение от религиозного фанатизма?
– Статистика — упрямая вещь, с ней не поспоришь. Действительно, Карагандинская область лидирует по числу выехавших за границу для участия в боевых действиях. Я думаю, в первую очередь проблема в малоосведомленности этих людей. Они черпают знания опять же из интернет-ресурсов, в больше степени неказахстанского содержания. Это чаще всего горе-проповедники, выступления которых мультиплицируются. Далее происходит момент зомбирования, когда попавшийся на удочку молодой человек видит выход только лишь в выезде за границу.
Второй момент в том, что молодежь порой боится обратиться за советом, а, именно, прийти в мечеть и получить разъяснение, почему имам говорит одно, а в интернете, они слышат другое.
И, в-третьих, я хочу отметить некоторое безразличие родителей к мечети, как к организации способной помочь. Они как раз в первую очередь должны привлекать нас, религиозных служителей, для того чтобы мы могли переубеждать молодых и предотвращать возможные негативные ситуации.
– Вы много выступаете в сети с различными лекциями и видеоуроками. Скажите, как противостоять деструктивному влиянию в сети? Важнее запрещать и блокировать опасные страницы или же создавать в противовес контент, содержащий адекватную информацию?
– Я хочу подчеркнуть, что и то, и другое важно. Конечно, нужно принимать меры к тем, кто распространяет экстремистскую идеологию, какой бы религии она не касалась. Важно вообще отделить понятие экстремизм от религии. И это будет нам под силу, если будет проводится соответствующая работа в Интернете.
Созданный контент, мы должны постоянно популяризировать, чтобы человек, желающий получить ответы на свои вопросы, знал куда ему обращаться. У нас создано множество ресурсов силами ДУМК и властных структур, но не все знают об их существовании.
Например, я хочу обратить внимание на работу колл-центра Духовного управления мусульман, который работает 24/7. Имамы могут дать ответ на любой вопрос, касающийся ислама на двух языках. Также центр принимает и письменные обращения.
– Повлияли ли на вашу профилактическую работу карантинные ограничения?
– Работа по профилактике экстремизма и терроризма действительно немного пошла на спад. Ведь мы были вынужденны закрыть мечети на определенный срок, не проводились жума-намазы и так далее. Сейчас все потихоньку налаживается, храмы работают, пятничные молитвы разрешены в сельской местности, где нет специальных ограничений.
Важно, что все это время мы не прекращали занятия в онлайн-режиме, мы преподавали, проводили лекции, беседы, проповеди и это тоже дало свой результат.
– Как вы думаете, каковы перспективы у граждан, вернувшихся в Казахстан в ходе нескольких этапов спецоперации «Жусан»? Есть ли трудности в их реабилитации?
– Можно только порадоваться, что в Казахстане проводится созидательная работа по возвращению наших граждан. Их адаптация – это дело не одного дня, может на это понадобятся годы. Не скрою, приспособить этих людей к мирной жизни очень трудно. Здесь используются все необходимые государственные инструменты: социальное обеспечение, трудоустройство, образование, психологическая и медицинская реабилитация и так далее.
Также в этой работе активно участвует Духовное управление мусульман, наши теологи прилагают большие усилия, чтобы снять с возвращенных ментальные оковы радикализма.
И первое, что мы должны понять – эти люди не должны быть изгоями. Мы не должны загонять их в «гетто», и говорить: «Вы — позор общества!». Нужно подготовить их к диалогу, дать возможность вернуться к нормальной жизни, снова стать полноценными гражданами своей страны.
Общество, конечно, относится к ним настороженно, но это и понятно, ведь они приехали с мест ведения боевых действий, тем более внимание всего мира было приковано к этим событиям. Тем не менее, если они совершили ошибки, у каждого есть шанс раскаяться, осознать свою вину.
В случае с женщинами, чаще всего они были в затуманенном состоянии сознания, следовали за своими мужьями. Некоторые из них уже твердо стали на ноги, кто-то помогает информационно-разъяснительным группам в профилактической работе.
– Насколько успешно, по вашему мнению проходит адаптация детей, побывавших в зонах конфликта?
– Дело в том, что травма, полученная в детстве, остается на всю жизнь, но мы можем минимизировать ее отрицательное влияние на психику ребенка. Матери, погружаясь в социально-экономические проблемы, этот вопрос часто отодвигают на второй план. Я постоянно говорил об этом и буду говорить, что с этими детьми должны работать и психологи, и теологи, если это требуется. Это очень большая работа, нужно приложить к делу восстановления маленьких граждан все усилия.
Нина КРАМЕР
