Аида Балаева разъяснила, зачем в Основном законе закрепляют самостоятельную статью о светскости.
В проекте новой редакции Конституции Казахстана появился отдельный блок норм, более четко закрепляющих светский характер государства.
Об этом заявила заместитель премьер-министра – министр культуры и информации РК Аида Балаева, подробно разъяснив смысл предлагаемых изменений.
По ее словам, если в действующей редакции Основного закона светскость закреплена в первой статье, где Казахстан провозглашен “демократическим, светским, правовым и социальным государством”, то теперь этот принцип получает самостоятельное, развернутое оформление.
“Прежде всего хочу подчеркнуть, что мы с уважением относимся к религиозным чувствам граждан, к их вере, традициям и духовному выбору. Тем более сейчас, в период Оразы, когда многие особенно внимательно относятся к вопросам совести, нравственности и внутренней дисциплины. Именно поэтому важно говорить об этих нормах спокойно, бережно и без крайностей”, — отметила Балаева.
В проекте вводится отдельная статья, в которой прямо закрепляется положение:
“Религия отделена от государства”, – отметила министр.
По словам Балаевой, это институциональное уточнение.
“Светское государство — это не отрицание религии. Это четкое разграничение сфер ответственности. Государственная политика формируется на основе закона, а не религиозных норм. Ни одна религия не может быть признана государственной. Все граждане равны вне зависимости от своих убеждений”, — подчеркнула она.
При этом деятельность религиозных объединений продолжит регулироваться профильным законодательством. Конституционная норма, как отметила Балаева, задает принцип, а отраслевой закон определяет порядок его реализации.
В новой редакции также закрепляется, что деятельность религиозных организаций может быть ограничена законом в целях защиты конституционного строя, прав и свобод человека, национальной безопасности, общественного порядка, здоровья и нравственности общества.
Министр обратила внимание, что это положение напрямую связано с правом на свободу совести.
“Каждый имеет право на свободу совести. И одновременно подчеркивается, что осуществление этого права не должно ограничивать общечеловеческие и гражданские права и обязанности перед государством”, — заявила Балаева.
По ее оценке, предлагаемые изменения усиливают действующие нормы и формируют дополнительные гарантии межконфессионального согласия, правового порядка и общественной стабильности.
“Это дополнительная гарантия межконфессионального мира, правового порядка и стабильности — с уважением к вере человека и с равной ответственностью всех перед законом”, — резюмировала министр.
Таким образом, проект Конституции делает акцент на четком разделении государственных и религиозных институтов при одновременном сохранении свободы вероисповедания как базового конституционного права.
