Бывшая заключенная, отправленная за решетку по обвинению в «пропаганде терроризма» и «возбуждении религиозной розни», рассказала о пережитом в колонии, где пыталась свести счеты с жизнью, и о планах на свободе после воссоединения с детьми, отец которых всё еще находится в тюрьме, – передает Радио Азаттык.
Тюремный срок, отчаяние и попытка суицида в колонии, тяготы за решеткой… 37-летняя Жанна Умирова, недавно освободившаяся после смягчения наказания — замены неотбытой части на ограничение свободы, надеется, что теперь всё это осталось в прошлом.
Она строит оптимистичные планы. После проведенных за решеткой двух с половиной лет она вернулась в город Капшагай, к своим семье — матери и двум сыновьям. Дети растут без отца. Муж Жанны Умировой в 2004 году был осуждён по обвинению в терроризме и продолжает отбывать 25-летний срок.
После некоторого времени проведенного за решеткой, суд Илийского райсуда удовлетворил прошение Умировой о смягчении наказания. Еще через полмесяца — когда решение о замене неотбытой части срока на ограничение свободы вступило в силу — она вышла на свободу.
ВОЗВРАЩЕНИЕ ДОМОЙ И ПЛАНЫ
В данный момент она вернулась к своей семье. Кроме того, Жанна Умирова настроена свидеться с мужем Жакшибеком Биймурзаевым, который с 2004 года сидит в тюрьме. мирова надеется, что по истечении двух третей срока наказания (в 2020 году) он сможет освободиться условно-досрочно.
В дальнейшем она хочет работать как индивидуальный предприниматель и возобновить свое дело. До ареста у нее был магазинчик для торговли телефонами и другими гаджетами.
По ее словам, она хорошо разбирается в устройстве телефонов, может ремонтировать микросхемы в телефонах, что требует использование микроскопа и других точных и современных инструментов. В ближайшее время она собирается возобновить работу своего ИП.
«ХОДИТЬ С ОТКРЫТЫМ ЛИЦОМ»
К уголовной ответственности ее привлекли после того, как на ее странице в социальной сети «Мой мир» обнаружили аудиозаписи учения мусульманского проповедника Саида Бурятского, убитого в ходе спецопераций в России против вооруженного исламистского подполья на Кавказе. Умирова в суде говорила, что разместила записи в своем аккаунте, ни с кем ими не делилась и не пропагандировала.
Я увидела радикальные и даже агрессивные личности, которые сидят именно по «нашим» статьям. И помогала переубеждать.
В женской тюрьме в поселке Жаугашты, как говорит Умирова, она видела других заключенных, которые отбывают срок по обвинению в «пропаганде терроризма» и «возбуждении религиозной розни».
— Я увидела радикальные и даже агрессивные личности, которые сидят именно по «нашим» статьям. И помогала переубеждать, — рассказывает Жанна Умирова. — У нас был опрос. Мы писали сочинение. Я не знала о том, что другие осуждённые по «моим статьям» написали, что не «вольные» теологи и психологи помогли им пересмотреть взгляды, а что им помогла я. Думаю, это было учтено.
После освобождения Жанна Умирова собирается поступить в один из вузов в Алматы, чтобы получить теологическое образование. Она считает, что это поможет ей в дальнейшем избегать коллизий с законом. Умирова говорит, что за последние два года «пересмотрела некоторые вещи», но не изменила религиозных взглядов, поскольку не видит в них экстремизма. Она решила, что не будет носить никаб (полностью закрывающую лицо и тело одежду, в которой оставлены лишь прорези для глаз), как раньше, а будет «ходить с открытым лицом».
