С самого начала введенной в Республике Казахстан чрезвычайной ситуации в связи с COVID-19 КГУ «Центр по изучению и анализу межконфессиональных отношений Карагандинской области Управления по делам религий Карагандинской области» начал проводить работу в дополнительном новом формате. Одним из методов работы стали прямые эфиры в Instagram @konfess2020.

13 апреля в прямом эфире для всех желающих была организована встреча с героиней нашего сегодняшнего интервью Сабинеллой Аязбаевой.

Сабинелла Аязбаева вернулась в Казахстан в ходе проведения операции по репатриации наших граждан «Жусан». Мать пятерых детей, вдова прошла через все ужасы войны в Сирии в течение долгих четырех лет. В прошлом году она в числе других казахстанских граждан была возвращена на родину.

Выступая на организованной в Европейском парламенте в Брюсселе конференции «Опыт Казахстана: репатриация семей боевиков из Сирии» перед депутатами Европейского парламента, экспертами, сотрудниками Еврокомиссии, представителями дипломатического корпуса, неправительственных организаций и журналистского сообщества Европейских стран, Сабинелла Аязбаева, вернувшаяся в Казахстан в ходе операции «Жусан» рассказывала:

– Я даже когда домой приехала, где-то два месяца думала, что я сплю и все это во сне. Это была моя мечта, чтобы спать в мягкой кровати, под крышей. Я благодарю своего Президента за то, что он дал нам шанс дальше жить и строить свою жизнь. Я не останавливаюсь на этом, я хочу показать и доказать людям, тем, которые хотят что-либо сделать такое, хочу их остановить, хочу им подсказать, предостеречь их от этого.

Участники конференции услышали из первых уст историю о прожитых ею вместе с пятью детьми страшных четырех годах в Сирии, узнали о несправедливости, жестокости и бесчеловечности террористов.

Что она может рассказать о себе спустя год? Год под мирным небом родной страны. Как она оценивает себя вчерашнюю и как видит свой завтрашний день?

– По своей безграмотности в вопросах религии я оказалась в зоне боевых действий, – признается карагандинка. – Сама я в них, конечно, не участвовала. Попала я туда «благодаря» социальным сетям, все наши источники знаний тогда были в интернете.

 

Мы не искали сложного пути, слушали псевдопроповедников, которые даже не говорили, кто они, откуда, где черпают свои знания. Мы их слушали и просто верили всему, что нам говорили.

 

Сейчас я знаю, что лучше задать вопрос, который тебя интересует, знающим людям и не бояться выглядеть глупым. Ведь в Коране говорится: все хорошее приходит к тебе от Аллаха, а все плохое – от тебя самого.

 

Мы пережили многое: голод, холод, болезни и прочие ужасы. Сейчас я стараюсь забыть все это и предупредить молодежь: если кто-то хочет приобрести духовное успокоение или знания, не нужно стесняться: приходите в мечети, узнавайте, задавайте вопросы, и вы получите ответы и помощь.

 

Сейчас я полностью отошла от идеологии салафитов, получаю знания только из достоверных источников, проверенных казахстанскими специалистами, много общаюсь с теологами, имеющими религиозное образование.

 

На встречах с молодежью прошу не думать, что они знают лучше, чем опытные люди, не утверждать, что СМИ, которые пишут об ужасах войны в Сирии, обманывают, не повторять моих ошибок.

 

Все началось с того, что муж долгое время убеждал меня совершить хиджру – то есть переселиться ради Аллаха туда, где живут все праведные мусульмане по законам шариата. И что это очень важно для нас, если мы – верующие люди.

 

У меня было много вопросов по этому поводу, но он с легкостью находил на них ответы, так как был постоянно онлайн с теми псевдопроповедниками. В итоге он решил ехать, у меня не было выбора, и я поехала со своим мужем.

 

Он описывал мне там жизнь как в сказке – что нет никакой войны, что все живут правильно, что там – благодать. Однако когда мы приехали в Сирию, все оказалось совершенно по-другому. С первых же дней стало ясно, что нас ждет ужас. Я постоянно жила в страхе, хотела вернуться назад и понимала, что теперь это невозможно…

 

В 2017 году мой муж погиб во время боевых действий – его отправили на какое-то дело, откуда он уже не вернулся. Мне даже принесли фотографию, где подтверждалась его гибель. С тех пор я осталась одна с пятью детьми, замуж больше не выходила. 

Сабинелла вспоминает, что ее братья и сестры «по вере» могли брать третьих, четвертых жен или выходить замуж много раз, переходя от одного мужчины к другому. Разумеется, все это происходило только с помощью обряда «никях», без свидетелей.

Пара могла прожить всего неделю, после чего мужчина «разводился» со своей женой с помощью обряда «талак», и это считалось нормальным. После таких браков рождались новые дети, которые росли без отцов.

ТАҒЫ ОҚЫҢЫЗ:  Религиозно-правовая грамотность – содействие стабильности

— Как вас встретили в Казахстане?

— Нас, возвращенцев из Сирии, уехавших из родной страны, встретили очень хорошо несмотря ни на что. Ни от кого мы не слышали слов типа: «Зачем их спасать? Ведь они сами захотели уехать из Казахстана!».

 

Все удивлялись и одобряли, что страна пошла на такие беспрецедентные меры и не оставила своих граждан в зоне боевых действий. Вернули домой не только женщин и детей, но и мужчин. Все, кто приехал, сейчас сожалеют о своей ошибке, о том, что оказались там из-за своих неправильных вероубеждений.

 

Когда нас по спецоперации «Жусан» привезли в Актау, мы были просто в восторге. Во-первых, вернулись наконец домой, и долгое время не верилось в такое счастье.

 

Во-вторых, мы сами и наши дети впервые увидели море. Конечно, очень хотелось поскорее попасть к родным, но те 30 дней реабилитации, которые мы проходили, всем нам пошли на пользу. С нами работали психологи, теологи, проводили тренинги, помогали днем и ночью, потому что нам все было непривычно, мы на все реагировали неадекватно.

 

По возвращении в Караганду нами занимались сотрудники управления по делам религий Карагандинской области и центр адаптации «Шанс».

 

Потом государство тоже не оставило нас один на один со своими проблемами. Прежде всего оформили документы на детей, а это был долгий процесс, в это время снабжали продуктами питания, одеждой для малышей, помогли пройти обучение, некоторым – устроиться на работу.

 

Отношение в обществе к нам хорошее: нам дают встать на ноги самим, растить детей, учить их в школах и детских садах, ведь они не получали никакого образования. Сейчас есть возможность все наверстать, чему я очень рада.

 

Я не устаю радоваться самым простым вещам: что могу утром спокойно проснуться в своей кровати, что не нужно бояться обстрелов и взрывов. Что мои дети здоровы и не нужно переживать, что в любой момент они могут подорваться на мине. Чувствовать себя в безопасности – это такое счастье!

 

 В Сирии мы с такими же женщинами, как я, были заодно – поддерживали друг друга, помогали, спасали. После возвращения домой я общаюсь в основном с девушками из нашего региона, с остальными нас разделяют большие расстояния.

— Как вы устраиваете свою жизнь дома?

— Сейчас я работаю в молодежном центре при акимате и стараюсь остановить сестер и братьев, которые хотят по незнанию сделать то же, что сделала я. Меня приглашают участвовать во встречах с молодежью, где я отвечаю на их вопросы.

 

За время пребывания дома я прошла бесплатные курсы бухгалтерского учета, получила профессию, но хочу наверстать упущенные знания и возможности и готовлюсь поступать в университет на психолога. Планирую дальше помогать молодым людям, попавшим в трудные жизненные ситуации, но уже более профессионально.

 

Знаю, что некоторые женщины, вернувшиеся домой после операции «Жусан», считают, что государство и дальше должно заботиться о них, полностью обеспечивать их и детей, отказываются учиться и выходить на работу.

 

Я считаю, что это в корне неправильно. Государство дает нам возможность себя реализовать во всем – можно пробовать все, добиваться своей цели. Потребительское отношение – это неправильно, нельзя сваливать на других людей заботу о себе. Ведь у нас есть люди, которые на самом деле нуждаются в помощи.

 

А мы молоды, полны сил и поэтому должны работать, приносить пользу стране. Мы должны быть благодарны тому, что Казахстан проявил такую добрую волю и приложил столько усилий, чтобы вернуть домой своих граждан.

 

В Сирии осталось много сестер из России, Дагестана, Германии, которым не выпало такого счастья и они остались там, я сейчас ничего не знаю об их судьбе. А мы дома, под мирным небом, имеем крышу над головой и возможность жить и растить своих детей.

 

Мои младшие дети, к счастью, почти не помнят жизни в Сирии, а старшие вспоминают это как ужасный сон. Сначала все для них было непривычным – что не летают снаряды, что можно спокойно сидеть дома или выйти во двор и кататься на качелях сколько угодно, что у них много игрушек.

 

Первое время они с удивлением смотрели мультфильмы, ведь у нас там не было интернета и телевидения. Им очень понравилось, когда сотрудники УДР помогли сводить их в зоопарк и развлекательный центр – тогда они впервые катались на каруселях и это произвело на них огромное впечатление.

 

Сейчас, по истечение года, дети полностью адаптировались к нынешней жизни, как будто всегда так жили.

Светлана СВИЧ,

Караганда

Написать отзыв