Религиозный радикализм стал проблемой во всем мире, и особенно заметно это в последние годы. Деструктивные силы направлены на дестабилизацию общества, разжигание межнациональной и межрелигиозной розни, нарушение мира и согласия.
В Казахстане борьба с религиозным экстремизмом и терроризмом регулируется соответствующим законодательством.
Есть мнение, что в ряды приверженцев деструктивных радикальных течений попадают в основном социально уязвимые слои населения. Но, по мнению заместителя директора Центра изучения религий города Нур-Султан, теолога Жандаулета Сулейменова, это не совсем так.
Социальный уровень осужденных за экстремизм и терроризм разный, – отметил он. – Нельзя сказать, что среди них в основном материально обеспеченные или, наоборот, материально ущемленные люди. Социальный статус у них у всех абсолютно разный. Есть среди них довольно успешные люди, например, бизнесмены, госслужащие, военные, поэтому нельзя сказать, что радикальная идеология зависит от материального состояния человека. Это в большей степени зависит от уровня сознания и восприятия.
Также, по его мнению, учитывая современные способы вербовки, особенно в интернете и социальных сетях, процесс радикализации становится еще более изощренным и независимым от социального статуса, наличия или отсутствия семьи.
Эксперт опроверг и такое мнение, что многие осужденные, получившие срок за пропаганду терроризма и экстремизма, не имеют высшего образования.
В процессе работы с такими осужденными мне встречались среди них и с высшим образованием, и без такового. И те, и другие хорошо могли различить черное и белое, и осознавали, что такое преступление. Но высшего образования не всегда достаточно, чтобы защититься от деструктивной идеологии. Таким образом, подверженность радикализму не зависит от полноты вашего кармана или диплома. Человеку, который не умеет анализировать и не является психологически устойчивым, никакое образование не поможет.
Чтобы вышедшие на свободу осужденные могли успешно адаптироваться в обществе и не подвергались вторичной религиозной радикализации, с ними в Центре изучения религий города Нур-Султан постоянно проводятся разъяснительные работы, в том числе по повышению их религиозной грамотности.
Проблема экстремизма в Казахстане в последние годы приобретает все большую актуальность, – отметил религиовед Олег Синяков. – Ученые, политики, общественные деятели предлагают различные пути и способы противодействия экстремизму. Люди, которые слабо разбираются в вопросах религии, не понимают, что ими просто манипулируют, обещают социальное равенство, высшую справедливость, а на деле лишь используют в качестве “расходного материала” или “пушечного мяса”.
По мнению эксперта, в ряды экстремистских и террористических организаций вступают именно религиозные люди, которые прошли начальные этапы радикализации. Ситуация усугубляется тогда, когда он находит себе единомышленников. Это может быть как организация собственной группировки, состоящей из людей, подвергшихся его идеологическому влиянию, так и напротив – он сам вступает в уже организованную экстремистскую группировку. На данном этапе человек окончательно радикализуется.
Также религиовед считает, что “представители радикального ислама неверно трактуют понятие “шахид”. Они употребляют этот термин в значении “террорист-смертник”, то есть человек, который совершает террористический акт, жертвуя своей жизнью. А на самом деле шахиды – это верующие, “принявшие мученическую смерть на войне против врагов, сражаясь во имя Аллаха, защищая свою веру, родину, честь, семью”.
Ответственность за профилактику религиозного экстремизма лежит как на правительстве, так и на обществе в целом, – считает Олег Синяков.
Религиозный радикализм стал проблемой во всем мире, и особенно заметно это в последние годы. Деструктивные силы направлены на дестабилизацию общества, разжигание межнациональной и межрелигиозной розни, нарушение мира и согласия.
В Казахстане борьба с религиозным экстремизмом и терроризмом регулируется соответствующим законодательством.
Есть мнение, что в ряды приверженцев деструктивных радикальных течений попадают в основном социально уязвимые слои населения. Но, по мнению заместителя директора Центра изучения религий города Нур-Султан, теолога Жандаулета Сулейменова, это не совсем так.
Социальный уровень осужденных за экстремизм и терроризм разный, – отметил он. – Нельзя сказать, что среди них в основном материально обеспеченные или, наоборот, материально ущемленные люди. Социальный статус у них у всех абсолютно разный. Есть среди них довольно успешные люди, например, бизнесмены, госслужащие, военные, поэтому нельзя сказать, что радикальная идеология зависит от материального состояния человека. Это в большей степени зависит от уровня сознания и восприятия.
Также, по его мнению, учитывая современные способы вербовки, особенно в интернете и социальных сетях, процесс радикализации становится еще более изощренным и независимым от социального статуса, наличия или отсутствия семьи.
Эксперт опроверг и такое мнение, что многие осужденные, получившие срок за пропаганду терроризма и экстремизма, не имеют высшего образования.
В процессе работы с такими осужденными мне встречались среди них и с высшим образованием, и без такового. И те, и другие хорошо могли различить черное и белое, и осознавали, что такое преступление. Но высшего образования не всегда достаточно, чтобы защититься от деструктивной идеологии. Таким образом, подверженность радикализму не зависит от полноты вашего кармана или диплома. Человеку, который не умеет анализировать и не является психологически устойчивым, никакое образование не поможет.
Чтобы вышедшие на свободу осужденные могли успешно адаптироваться в обществе и не подвергались вторичной религиозной радикализации, с ними в Центре изучения религий города Нур-Султан постоянно проводятся разъяснительные работы, в том числе по повышению их религиозной грамотности.
Проблема экстремизма в Казахстане в последние годы приобретает все большую актуальность, – отметил религиовед Олег Синяков. – Ученые, политики, общественные деятели предлагают различные пути и способы противодействия экстремизму. Люди, которые слабо разбираются в вопросах религии, не понимают, что ими просто манипулируют, обещают социальное равенство, высшую справедливость, а на деле лишь используют в качестве “расходного материала” или “пушечного мяса”.
По мнению эксперта, в ряды экстремистских и террористических организаций вступают именно религиозные люди, которые прошли начальные этапы радикализации. Ситуация усугубляется тогда, когда он находит себе единомышленников. Это может быть как организация собственной группировки, состоящей из людей, подвергшихся его идеологическому влиянию, так и напротив – он сам вступает в уже организованную экстремистскую группировку. На данном этапе человек окончательно радикализуется.
Также религиовед считает, что “представители радикального ислама неверно трактуют понятие “шахид”. Они употребляют этот термин в значении “террорист-смертник”, то есть человек, который совершает террористический акт, жертвуя своей жизнью. А на самом деле шахиды – это верующие, “принявшие мученическую смерть на войне против врагов, сражаясь во имя Аллаха, защищая свою веру, родину, честь, семью”.
Ответственность за профилактику религиозного экстремизма лежит как на правительстве, так и на обществе в целом, – считает Олег Синяков.
Никто не защищен от угрозы вербовки радикалов, потому что сегодня все больше людей интересуются религией
И не стоит забывать о том что методы вербовщиков становятся более изощренными. Это значит что и людям тоже нужно повышать свою религиозную грамотность
Все мы должны внимательно следить за получаемой информацией, и обращать внимание на то какую информацию получают близкие люди