В рамках 30-летия независимости Казахстана под общей редакцией председателя КНБ генерал-лейтенанта Карима Масимова подготовлены к изданию книги «Хроники отечественной спецслужбы. Истории о людях, событиях, фактах» и «Государственная граница».

Они повествуют о службе оперативных работников и пограничников, которые внесли достойный вклад в дело обеспечения национальной безопасности и охраны рубежей нашего государства.

Карим Масимов издаст две книги | informburo.kz

Tengrinews.kz публикует отрывки из книг. Это рассказ об операции «Жусан».

Сирия. Провинция Дэйр-эз-Зор. Город Багуз на берегу Ефрата. Загнанные в угол боевики ДАИШ (организация запрещена в Казахстане) вместе со своими женами и детьми собрались в этом месте. Их тысячи, со всех концов мира.

Призывавшие ранее к «джихаду» главари «Халифата», в основном арабы, уже бежали, бросили их погибать. Курдские ополченцы при поддержке западной авиации все сильнее и сильнее сжимают кольцо вокруг города.

Вот в такой ситуации оказались сотни казахстанских граждан, которые всего несколько лет назад выехали в Сирию, одурманенные идеей построения «Всемирного Исламского Халифата». Уже тогда многие, столкнувшись с реальностью, поняли, что их обманули, никакого шариата здесь нет и никогда не было. Их «амиры» дрались за наживу. А вчерашние «братья по вере» с легкостью предавали.

Оставалось одно – сдаться, чтобы выжить. И они пошли по гуманитарным коридорам, сдавались курдам. Боевики, женщины и дети. Всех их помещали в наспех построенные тюрьмы и лагеря для беженцев. Тогда и появились названия «лагерь Аль-Холь» или «лагерь Родж», известные теперь всему миру.

Условия в лагерях невыносимые. Голод, антисанитария, болезни. Чрезвычайно высокая смертность, особенно среди маленьких детей.

Весной 2018 года начались первые выходы плененных женщин на контакт со своими родными в Казахстане, а затем и с сотрудниками КНБ. Все они просили вывезти их на родину, раскаивались и были готовы понести наказание. На имя Елбасы, в правительство, руководству МИД и КНБ посыпались обращения с просьбами о помощи.

Нельзя сказать, что оперативники КНБ не знали об этой ситуации. Аналитические записки, в которых прогнозировался подобный плачевный конец «Халифата», были подготовлены практически годом ранее. Развитие событий внимательно отслеживалось, хотя упор, конечно же, делался на недопущение бегства и укрытия в третьих странах боевиков.

На этом фоне и родилась идея об эвакуации казахстанских граждан из Сирии.

Операции, говоря оперативным языком, присвоили условное наименование «Жусан». Знали ли тогда разработчики, что название этой воспетой в казахских легендах травы с запоминающимся терпким запахом скоро станет известно всему миру?

Надо сказать, что разработка операции шла непросто.

По боевикам не было никаких сомнений: они должны быть доставлены в Казахстан и понести заслуженное наказание.

Но кем являются женщины и дети, в частности подростки, – террористами, требующими жесткого наказания, или жертвами, которые нуждаются в реабилитации и возвращении в общество?

Некоторые скептики и противники эвакуации утверждали, что женщин и детей нужно оставить за рубежом, дерадикализовать их не удастся, и поэтому репатриация приведет к переносу экстремистского потенциала в Казахстан.

Волевое и судьбоносное для женщин и детей, да и всей страны, решение принял Елбасы.

Главный момент, послуживший основанием для такого решения, гуманитарный. Основная масса репатриантов – это дети и женщины, которые были вынуждены выехать в Сирию вслед за своими мужьями. Возвращение их в Казахстан устранит риски их повторного участия в террористической деятельности в будущем. Будет создана мощная база для контрпропаганды радикальных идей среди верующих.

Было признано необходимым придерживаться взвешенного дифференцированного подхода. Тот, кто совершил преступление, будь это даже женщина, ответит по закону. Все репатрианты пройдут программы реабилитации и ресоциализации.

На таких принципах с середины 2018 года была начата колоссальная подготовительная организационная и оперативная работа.

Получены гарантии помощи от американских военных. По оперативным каналам удалось выйти на курдских ополченцев в Сирии. На платформе АТЦ были синхронизированы действия МИД, Минобороны, МВД, МОН, МИОР, Генпрокуратуры, областных акиматов и ряда других госорганов.

Операция стартовала в ноябре 2018 года, но первый вылет военно-транспортных самолетов в Сирию был сорван по причине категорического отказа Турции в транзитном пролете к курдским лагерям. Отказ пришел буквально за час до вылета.

Других вариантов вывоза граждан Казахстана не было. Казалось, операция зашла в тупик.

Однако сложные переговоры с американскими дипломатами и военными, а также представителями других государств были продолжены. При этом активно задействовались самые разные, в том числе неофициальные каналы.

К концу 2018 года были созданы условия для вылета нашей передовой группы в Сирию, но уже через нейтральную третью страну, название которой в силу принятых обязательств не озвучивается.

Одновременно возобновились тренировки группы эвакуации из сотрудников КНБ и Минобороны, рассчитывались силы и средства спецназа для сопровождения пленных на всем пути из Сирии в Казахстан, закупалась одежда, медикаменты и продукты питания для репатрианток и детей.

Заброшенная в Сирию передовая группа КНБ, невзирая на угрозу жизни, методично перемещалась из одного города в другой, проверяла каждую тюрьму и лагерь. Собиралась и в режиме реального времени передавалась в специальный штаб в Нур-Султане информация о пленных. Формировались актуальные списки для эвакуации. От каждой женщины было получено согласие на возвращение.

Из наблюдений офицера спецназа:

«Поступление боевой задачи на проведение операции по эвакуации наших соотечественников из зоны боевых действий в Сирийской Арабской Республике (САР) лично меня застало ближе к завершению очередного рабочего дня. Задача такого уровня вызвала неоднозначную реакцию и некоторую тревожность.

Однако никто из коллег не подал виду, они приступили к организационным действиям, проявляя полную решимость и готовность. Подобная реакция уже стала рефлекторной для наших ребят перед постановкой боевой задачи, на уровне подсознания, позволяющая внушить уверенность друг в друге, укрепить боевой дух.

Уже в процессе сборов тревожные мысли сменились коллективным мышлением в пользу успешного выполнения поставленной задачи. Предстояло продумать тактику всех возможных и невозможных действий и событий с момента вылета в САР до возвращения на Родину».

«Операция организовывалась и проходила в обстановке полной секретности. Уже в самолете боевые товарищи делились, что сложнее всего было скрыть от родных при прощании эмоции, позволяющие им догадаться о кроющихся угрозах для главы семьи, мужа, отца, сына в очередной командировке, которые стали так привычны для них.

По прибытии в Сирию после выхода из самолета я понял, как пахнет война, в воздухе ощущалась примесь гари, пороха, кирпича и пыли от перекошенной тяжелой боевой техникой земли и следов взрывов.

Однако позднее мы столкнулись еще с более ужасающей картиной.

Реализация операции проходила по порядку поиска наших граждан в лагерях беженцев, местах лишения свободы, которые больше напоминали первобытный плен. Это были абсолютно нечеловеческие условия. Человеческая жизнь ничего не значила, все права, гарантированные современным обществом, были стерты».

Из рассказов офицера спецподразделения, участвовавшего в активной фазе операции по поиску наших граждан в лагерях беженцев, где были в основном женщины и дети, где царила обстановка полного хаоса:

ТАҒЫ ОҚЫҢЫЗ:  Библия и Коран: истоки и параллели

«Не было еды, воды, не говоря уже о других благах. Дети пили воду из луж, еда состояла только из отрубей и этой же воды.

Я стал свидетелем рождения ребенка одной из наших соотечественниц. В моем восприятии это выглядело как избавление от ненужной ноши, после рождения дитя было выброшено на землю и в первые минуты было вынуждено бороться за жизнь. Увидев происходящее, офицеры принялись ухаживать за ребенком, что не вызвало никаких эмоций у матери. В этот момент я понял, что никакие ценности, пусть то религиозные или социальные, не имели значения для женщины, которая хотела лишь выжить.

Еще больший ужас вызвало безразличное отношение матерей к своим покалеченным войной детям. Мальчику-казаху, лишенному ноги, мои коллеги обещали купить мяч и вместе играть футбол в будущем на родной земле. Думаю, всю оставшуюся жизнь буду испытывать гордость от того, что наше обещание исполнено».

«Уже после возвращения домой мы признавались друг другу, что жалость к этим женщинам сменялась на ярость и непонимание того, как можно добровольно обречь своих детей на такую участь.

Обсуждая итоги операции, часто вспоминали, что наши перемещения проходили по территориям, контролируемым различными боевыми группировками. То и дело в разных частях возникали локальные боестолкновения.

Так, в один из рейдов по колониям произошла поломка внедорожника. Колонна вынужденно остановилась на трассе.

На фоне бездействия сирийских сопровождающих сотрудники Службы «А» разделились на две группы, одна из которых заняла боевые позиции, другая приступила к устранению поломки. Машину впоследствии удалось починить и оперативно покинуть место.

Слаженность действий сотрудников ССН «А» впечатлила сирийцев, и они заинтересовались применяемой тактикой и боевой подготовкой.

Уже потом эти же сирийцы показали нам видео, на котором шла бомбардировка местности, где мы сломались. На фоне их бездействия мы узнали, что они имели репутацию «воинов света», так как покидали боевые позиции с закатом солнца.

Каждый вечер, подводя итоги очередного дня, мы, понимая отсутствие гарантий наших прав и свобод, обсуждали планы действий в любых возможных ситуациях и продумывали даже самые экстремальные варианты эвакуации из Сирии: в пешем порядке или на угнанном самолете».

«На этапе фильтрации эвакуируемых местные военные демонстрировали нам видео- и фотофакты зверств, якобы совершенных отдельными соотечественниками. В этот момент было сложнее всего поверить, что наши сограждане способны на такое. При этом нам нужно было оставаться профессионалами, не дать воли ярости и стыду, переполнявшим меня, вспоминают бойцы спецназа».

«Ничего не проходило гладко. Однажды самолет, прибывший за нами, сломался, и мы были вынуждены провести лишние сутки в этой охваченной войной стране, где время течет совсем иначе. Мы даже шутили, напевая рифмы на песню «Не думай о секундах свысока».

По возвращении я осознал всю палитру запахов родной степи. Уже потом я узнал о кодовом названии операции «Жусан» и его глубочайший смысл, думаю, автор этого определения был среди нас, никак иначе.

Бойцы спецназа всегда остаются в тени. В нашей культуре не принято кричать о подвигах и наградах, но, давая оценку нашим действиям, мы испытываем огромную гордость за участие в спасении жизней людей, особенно еще маленьких соотечественников, ставших жертвами идейного безрассудства своих родителей.

Помнится, еще тогда стали нормой повсеместные митинги наших граждан с призывами о лучшей жизни, на которые я теперь смотрел с полным непониманием, истинно восхищаясь мирным небом над нашим Казахстаном. Благодарю всех боевых братьев, принимавших участие в операции «Жусан».

Активная фаза операции началась 6 января 2019 года. Из аэропорта Актау вылетели первые три военно-транспортных самолета С-295 Минобороны. Обратно они возвращались уже с задержанными боевиками, а также казахстанскими женщинами и детьми.

Забегая вперед, это был только первый шаг, а за ним последовали еще четыре этапа эвакуации, которые санкционировал Президент Республики Казахстан Касым-Жомарт Токаев. Последний, пятый, этап завершился 4 февраля 2021 года.

Всего в Казахстан было вывезено 607 сограждан. Среди них 37 мужчин, 157 женщин и 413 детей, в том числе 34 сироты.

Недалеко от Актау на базе детского лагеря «Фламинго» на берегу Каспийского моря был создан не имеющий в мире аналогов реабилитационный центр для женщин и детей из Сирии. Здесь в течение первых 30 суток после возвращения в Казахстан они начинали свой путь к мирной жизни.

Их осматривали и лечили медики. С ними работали психологи, теологи и религиоведы. Для детей функционировали временные школы и детские сады с педагогами и воспитателями. Восстанавливались документы, а для рожденных за рубежом была организована геномная экспертиза.

По завершении 30-дневного карантина все женщины и дети сопровождались к местам, где они проживали до отъезда в Сирию. Никто из них впоследствии не вернулся к террористической деятельности.

Особое внимание уделялось оперативному наблюдению и проверке репатрианток как в реабилитационном центре, так и в посткарантинный период. Проводились их опросы и анкетирование. Контролировалось поведение и действия.

По результатам этой работы с учетом мнения психологов и теологов создавался социальный и психологический портрет, определялась степень опасности каждой женщины.

Позже на этой основе и исходя из имевшихся оперативных материалов 18 женщин были привлечены к уголовной ответственности и изолированы.

Именно по инициативе КНБ была разработана комплексная программа адаптации и реабилитации репатриированных не только женщин, но и детей, которая продолжается по настоящее время с участием МИОР, МОН и неправительственного сектора.

Благодаря этому по состоянию на сентябрь 2021 года подавляющее большинство женщин, а значит и детей, уже перешло на традиционный ислам, а отдельные из них выбрали светский образ жизни. Отказавшиеся от радикальной идеологии сами активно участвуют в контрпропагандистских акциях в региональных и республиканских массмедиа.

Что касается вывезенных из Сирии казахстанских боевиков, то все 37 мужчин по прибытии в Казахстан были задержаны и осуждены за участие в террористической деятельности и пропаганду терроризма.

Широко освещаемый в прессе показательный судебный процесс над ними состоялся в феврале 2020 года в Нур-Султане, а сроки наказания варьировались от 6 до 14 лет лишения свободы.

Положительный опыт «Жусана» заинтересовал партнеров из спецслужб Австрии, Азербайджана, Франции, Германии, Украины, Узбекистана, Кыргызстана, Таджикистана и даже Мальдивской Республики.

В 2018-2020 годах итоги операции с участием реабилитированных женщин были презентованы на площадках ООН, ОБСЕ и Европарламента. Это позитивно сказывается на международном имидже Казахстана.

Гуманитарная операция имела ощутимый профилактический эффект в отношении религиозной части казахстанского общества и находящихся в Сирии граждан.

В завершение стоит напомнить фразу Достоевского: «Счастье всего мира не стоит одной слезы на щеке невинного ребенка».

1 Пікір

  1. Радикалы ужасны, разрушают жизни огромному количеству семей, условия жизни невероятно низки.

Написать отзыв