Сұхбат

Вера без террора

С марта в Казахстане действует новая государственная программа, призванная противостоять религиозному экстремизму. О том, что делается в Карагандинской области для пресечения/недопущения распространения террористических идей, «Новому Вестнику» рассказал руководитель управления по делам религий Нурлан Бикенов.

— Наше ведомство в основном и было создано, так как проблема недопущения распространения влияния радикальной идеологии стоит сегодня как нельзя остро, — отмечает он.

— Вряд ли радикалы заинтересованы идти с вами на контакт. Как же вы работаете?

— Работа по профилактике религиозного экстремизма ведется нами в рамках Концепции государственной политики в религиозной сфере на 2017-2020 годы и Государственной программе по противодействию религиозному экстремиизму и терроризму на 2018-2022 году, где, в том числе, чётко обозначены аспекты и реабилитационной работы. Сегодня по области эта работа нами выстроена с привлечением неправительственного сектора. Так хочу сказать, что сегодня в области 14 неправительственных организаций выполняют государственный заказ акиматов городов и районов по работе в сфере религии. Причём из них две организации — это «НурлыБілім»  вг.Караганде и «Фуркан» г.Сатпаеве — имеют в штате профессиональных теологов.

Кроме этого теологи работают в штате КГУ «Центра изучения и анализа проблем межконфессиональных отношений» при нашем управлении.

В силу своей работы я лично знаком со всеми лидерами радикальных течений в нашем регионе. Провожу с ними беседы. Конечно, в богословские споры я не вступаю, потому что я не теолог. Но, тем не менее, разъясняю им государственную политику в сфере религии, предостерегаю их, от совершения противоправных действий и чтобы они не подпадали в поле зрение правоохранительных органов. И это не пустые слова. Например, у нас только за последние два-три года порядка пятидесяти человек были задержаны за совершение и подготовку терактов.

— Однако немало карагандинцев до сих пор скептически относятся к подобного рода сообщениям.

— Конечно, для многих наших граждан проблема терактов воспринимаются как явление далекое и происходящее в странах Ближнего Востака. Но разве произошедшие события в г.Актобе и Алматы в 2016 году не говорят о другом?

Так, в г.Актобе людей подтолкнули к противоправным действиям фетвы (послания), полученные от радикального арабского шейха,  с которым они общались через социальные сети. В том же году органами ДКНБ области был предотвращен теракт в пос.Гульшат, что под Балхашом. Там несколько жителей хотели совершить теракт в воинской части, совершив убийства ни в чем неповинных людей, тем самым якобы совершить священный джихад против «неверных», которые живут на нашей земле.

— То есть, Вы хотите сказать, что проповедникам больше не нужно ехать в далекий аул. Адепты вербуются и через Интернет?

— Запросто! И довольно активно. Сегодня Интернет стал одним из доступных источников распространения радикальной идеологии и вербовки людей в радикальные религиозные группы. Через социальные сети молодые (в основном) люди знакомятся с радикальными организациями и её идеями, не подозревая что и сами этого постепенно становятся последователями её идей и действий.

Сегодня проблема и в том, что они затягивают не только парней и мужчин.  Объектами радикальных вербовщиков всё более становятся молодые девушки. И есть не единичные факты, когда наши несовершеннолетние девушки знакомятся через Интернет с боевиками. Они готовы ехать туда, чтобы выйти замуж, чтобы исполнить свой мусульманский долг. Помните, как один из сирийских шейхов в 2016 году объявил фетву: пожалуйста, девушки всего мира приезжайте на сексуальный джихад, чтобы удовлетворять прихоти  боевиков, которые воюют с неверными.

И знаете, откуда в основном девчата поехали туда? Из Западной Европы. Недавно прочитал аналитическую статью об этом. В ней автор пытался разобраться, почему именно из Европы? Вроде бы там благополучные страны, у людей все есть. Но сегодня, когда европейском обществе начинает доминировать культ однополых браков, когда мужчины становятся представителями сексуальных меньшинств, а из Интернета «лихой мачо» с автоматом в руках приглашает к себе, не одна девушка может пойти на необдуманные поступки. Может она разглядела в этом боевике мужчину своей мечты? К сожалению, такие примеры у нас тоже есть. Из нашей области девушки тоже хотели выехать, но, к счастью, задерживались правоохранительными органами и возвращались родителям. А родители, также как и многие, не верили, что их чада на такое способны.

— Как дальше работать с этими «несостоявшимися невестами»?

— Во-первых, нужно начинать с семьи: родители должны знать, чем занимаются их дети, какие у них интересы. Какие социальные сети посещают в каких группах и сообществах находятся. И, если будет выявлено, что ребенок интересуется радикальной религиозной тематикой, то здесь нужно бить тревогу и незамедлительно обращаться к специалистам. Иначе может последовать трагедия.

Как я уже говорил выше, специалистов теологов у нас в области достаточно, кроме этого почти в каждом регионе есть филиал Духовного управления мусульман Казахстана — это мечети, где работают квалифицированные имамы, которые тоже проходят специальную подготовку для такой работы.

Чем отличается традиционный ислам, который проповедует наше официальное духовенство, от нетрадиционного? Каковы отличия ханафитской школы ислама от других?

-Здесь надо смотреть несколько шире. В преамбуле Закона РК «О религиозной деятельности религиозных объединениях» отмечено, что Республика Казахстан утверждает себя демократическим, светским государством, подтверждает право каждого на свободу совести, гарантирует равноправие каждого независимо от его религиозного убеждения, признает историческую роль ислама ханафитского направления и православного христианства в развитии культуры и духовной жизни народа, уважает другие религии, сочетающиеся духовным наследием народа Казахстана, признает важность межконфессионального согласия и религиозной толерантности.

То есть, если для русского народа культурообразующей религией является православие, то исторически формирование казахского этноса во многом связано с исламом ханафитского мазхаба, который имеет свое распространение во многих странах евразийского континента. 

В исламе сунитского направления действуют четыре религиозно-правовые школы (мазхабы) Ханбалийский, Маликийский, Шафиитский и Ханафитский.  Как уже выше было сказано, в нашей стране  официально действует Ханафитский махзхаб по имени имама Абу Ханифы.

Это направление более умеренное,  подходящее к нашим местным реалиям учение. В радикальных же салафитском и такфиритском  направлениях ужесточены все религиозные ритуалы и выносится «такфир» — выведение из лоно религии людей, которые не выполняют религиозные ритуалы. То есть, если при ханафизме вера в ислам определяется если человек просто уверовал в то, что «Нет Бога кроме Аллаха, а Мухаммед его пророк», то при салафизме еще определяется и действия человека, и совершения им религиозных ритуалов. То есть, если человек не совершает пятикратный намаз, не живет полностью по законом шариата, то его нужно вывести из лона ислама. То есть лишить права считаться мусульманином. При этом радикалы считают, что не запрещается совершать насилие  над человеком, которого вывели из лона ислама. 

Также одной из проблем приверженцев радикальной идеологии – является полное отрицание своей культуры и традиций народа. Сейчас среди многих молодых людей, придерживающихся радикальной религиозной идеологии, действует культ арабского языка и культуры. Это связано с ношением одежды народов стран Ближнего Востока, беспорядочно растущих длинных бород. Надо заметить, что среди них много и представителей людей европейских национальностей, которые, возможно, ранее относили себя к православию или католицизму. 

Нас особо настораживает, что то, что среди них ведется пропаганда отрицание государственной политики и государственных символов. В некоторых регионах нашей страны были случаи, когда дети приверженцев деструктивных религиозных течений отказывались петь Гимн, а родители — от государственной социальной помощи.

— Что этому может противопоставить государство?

Прежде всего, главной задачей государства является ограждение населения от влияния радикальной идеологии. Для этого, как выше говорилось, приняты Концепции государственной политики в религиозной сфере на 2017-2020 годы и Государственной программе по противодействию религиозному  экстремиизму и терроризму на 2018 -2022 годы.

Только в нашей области для противодействия радикальной идеологии выстроена разноуровневая, разноплановая, с участием всех заинтересованных государственных органов и общественных институтов, работа. Особое внимание отведено информационной работе как в СМИ (наша беседа тоже относится к этому) и социальных сетях, так через проведение встреч, «круглых столов», конференций и различных акций.

Кроме этого целевая информационная работа ведется среди самозанятой, безработной и маргинальной части населения. С этой частью населения ведется работа не только по  разъяснению государственной религиозной политики, но с участием представителей органов занятости: разъясняются государственные программы занятости и открытия собственного дела. Для этого в мечетях области и на рынках открыты консультативные кабинеты. В результате в этом году 45 человек, придерживающих деструктивной религиозной идеологии, были трудоустроены, 15 семей получают адресную социальную помощь.  Эти люди поняли, что в нашей стране достаточно возможностей в получение профессии и социальной помощи от государства.

— Какие проблемы есть вашей работе. И что нужно сделать, чтобы  в обществе искоренить радикальную религиозную идеологию?

В первую очередь нам необходимо усиливать реабилитационную работу по переубеждению приверженцев деструктивных религиозных течений. Для этого нужны квалифицированные специалисты теологи и, как я уже сказал выше, у нас есть теологи. Но хочу сразу сказать, что многие из них молодые специалисты, только окончившие университет исламской культуры «Нур-Мубарак» в г.Алматы. Они в совершенстве владеют арабским языком, имеют глубокие знание по богословию, но им не хватает опыта  в вопросах переубеждения своих религиозных оппонентов. Мало жизненного опыта. Здесь, я считаю, недостаточно знаний в богословии, необходим еще опыт психолога и правоведа. Над этим мы сегодня и работаем, проводя семинары тренинги для теологов.

 Также считаем, что законодательном плане нужно вносить не которые ограничение, хочу отметить что многие нормы включены в дополнении и изменения в религиозное законодательство, которое сейчас на рассмотрении находится в Парламенте РК.

Кроме этого и обществу не нужно находится в стороне. Государственные органы в одиночку, без поддержки общественности  с проблемой влияния и распространения религиозного экстремизма и терроризма не справятся. Поэтому призываю всех наших граждан проявлять твердую гражданскую позицию в противодействии распространению экстремистской религиозной идеологии. Только единые действия дадут результат.

Беседу вела Наталья Фомина

Толығырақ

Басқа жаңалықтар

Close